«Из первых уст» – так называется новая книга воспоминаний детей войны, которую выпустили совсем недавно активисты совета ветеранов Московского района Казани. Она была издана при поддержке администрации Кировского и Московского районов Казани, депутатов Госсовета РТ, Республиканского совета ветеранов (пенсионеров) РТ и содержит воспоминания 26 жителей района, которые не понаслышке знают, что такое тяготы войны.

В детском возрасте они пережили столько, что эти воспоминания до сих пор не дают им спокойно спать. У каждого – своя память, неповторимая и поэтому особенно ценная, как маленькое зеркало огромной трагедии нашей страны. Неважно, сколько кому тогда было лет – им тоже по праву принадлежит весомая часть Великой Победы.
«Села писать свое повествование вечером, а потом так и не смогла заснуть всю ночь, – пишет одна из авторов этой книги Сима Драхлина. – Как все это было? 22 июня 1941 года был солнечный воскресный день, и никто не ожидал ничего плохого. Объявление о начале войны было страшным громом среди ясного неба. Училась я тогда в 8 классе, и нам сразу поручили разносить повестки тем, кто призывался в ряды Красной Армии...Тогда считали – война продлится не более 3-4 месяцев. Мы жили в Ленинграде, вокруг города начали рыть окопы... С сентября начались бомбежки. Потом в квартирах появились буржуйки, которые топили всем, что могло гореть...Но главное – все время хотелось кушать. Я мечтала: когда закончится война, буду есть все время хлебные корки – тогда мне они казались главным деликатесом. 13 января 1942 года умер папа. Казалось, что хуже уже ничего не может быть. Увы, стало еще хуже...» Симу Евсеевну вместе с мамой вывезли в марте 1942 года через Ладожское озеро.
Автор других воспоминаний Людмила Хитрова тоже пережила блокаду Ленинграда. Она пишет: «Война мне запомнилась с того дня, когда в подъезде нашего дома стояли жильцы и смотрели на зарево – то горели Бадаевские склады. Все говорили: вот теперь наступит голод! Через несколько дней мама принесла кусок древесины, насквозь пропитанный жженным сахаром, с которым мы потом пили чай... Каждый вечер мы с мамой, после того, как я приходила из детского сада, пилили бревна для «буржуйки», у меня между большим и указательным пальцами была незаживающая рана от ручки пилы. Что ели? Честно признаюсь, что ела мама, не знаю. Запаса продуктов не было вообще. Мама работала, меня кормили в детском саду. Возможно, спасла договоренность с воспитательницей: в обед меня кормят только супом, а второе откладывалось в заранее приготовленную баночку. Вечером мама разбавляла эту кашу водой, подогревала на «буржуйке», и мы ужинали. В бомбоубежище бегать перестали: берегли силы. Просто ложились в кровать, укрывались одеялом. А чтобы не слышать воя снарядов, клали на голову подушку... Маме поручили проверять по определенным адресам, где кто умер для последующего захоронения, и она брала меня с собой. Я видела на лестничных площадках большие свертки, иногда разрезанные и размотанные. Мама просила не смотреть и не бояться... 5 апреля 1942 года нас вывезли из Ленинграда по «Дороге жизни». Поверх льда стояла вода, она с силой хлестала по корпусу. Люди вскрикивали, когда автобус подпрыгивал или нырял в промоины. Мама прижимала мою голову к себе. Двери автобуса были открыты настежь. Переехав Ладогу, далее следовали в товарном вагоне в Ярославскую область, где жили мамины родственники. На каждой остановке кормили. Люди накидывались на еду и умирали. Сначала скончалась мать 14-летнего мальчика, потом маленькая девочка. Ее родители умерли еще раньше, поэтому ее взяла на колени моя мама. И эта девочка все повторяла: «Раз, два, три, я умираю!»...
Юлия Овчинникова жила в годы войны в Краснодоне. Она пишет: «В нашей семье осталось двое – я и мама. Братья воевали, старшая сестра была зачислена в истребительный батальон, созданный при райкоме партии, отец находился в трудовой армии, которая рыла окопы и устанавливала «ежи» где-то под Ворошиловградом... 20 июля 1942 года в наш поселок ворвались немецкие мотоциклисты, за ними автомобили с солдатами. Они вели себя как хозяева: свободно заходили в любой дом, что-то искали, брали все, что им приглянулось, сразу стали наводить «арийский порядок». Избрали старосту. В здании правления колхоза организовали комендатуру. Девчонок и мальчишек постарше стали угонять в Германию. Стояла жестокая, морозная зима 1942-43 года. Страх сковал сердца. Но вдруг все разом изменилось. Однажды краснодонцы обнаружили в своих почтовых ящиках листовку такого содержания: «Не падайте духом, не сдавайтесь, не верьте в непобедимость немцев. Скоро придут наши!». Подпись была лаконичной – «Молодая гвардия». А потом наши соседи – многодетные семьи получили посылки с продуктами. Принесли ночью. Кто – неизвестно. Опять подпись – «Молодая гвардия». Листовки в почтовых ящиках стали появляться регулярно, теперь они были отпечатаны в типографии. Несмотря на стужу, на душе становилось теплее... И вот настал день освобождения. После ночного боя мы увидели пленных немцев и наших солдат в полушубках и ушанках с красной звездой. Мы со слезами обнимали их, плакали от счастья...Через несколько дней из шурфа шахты №5 извлекли тела участников подпольной группы «Молодая гвардия», хоронили их в центральном парке Краснодона...»
Еще один автор книги Нина Семенова вспоминает: «Через 2 месяца после начала Великой Отечественной войны мы, жители города Карачев Брянской области, оказались в оккупации. И сразу же познакомились с ужасами «нового порядка». На площадь согнали жителей смотреть на повешенье людей, оказавших сопротивление новой власти. Наступил страшный голод, особенно трудно было зимой. В августе 1943 года всех выгнали из домов. Дома подожгли, а нас погнали по дороге на запад. Шли под конвоем немецких солдат и собак. Вспоминаю, как мальчик лет десяти пытался вырваться и убежать в лес. Добежать не смог, его застрелили конвойные. Шли дней 7-8, ночевали на обочине дороги. По прибытии на железнодорожную станцию нас погрузили в товарные вагоны и отправили в Эстонию в концлагерь... Кормили раз в сутки баландой из прогорклой муки с червями. Чтобы выжить, ходили к помойке и выискивали там остатки пищи от обеда немецких солдат. Но и это не спасало, через месяц наступило полное безразличие к жизни. От голода люди опухали, заболевали, теряли сознание, умирали. Умер дедушка, потом моя старшая сестра. Нас с мамой спасло то, что одна эстонская семья выбрала нас для работы в ее доме... До сих пор не могу смотреть фильмы о войне».
«Многие из нас, детей войны, еще живы, и мы хотим успеть поведать потомкам истинную правду о Великой Отечественной войне, чтобы история не повторилась, – так заканчиваются большинство этих страшных, словно написанных кровью, воспоминаний. – Люди, берегите мир!» Без сомнения, это издание станет еще одним уроком прошлого для нынешней молодежи – чтобы уроки закончившейся 70 лет назад войны не были забыты.
Подготовила Анна ПРОНИНА